Когда смеешься ты, я представляю лето.
Ромашек хоровод изысканно простой,
Шум трепетных берез и в воздухе нагретом
Медовый аромат - дурманящий, густой...

Когда печальна ты, я представляю осень.
Молчащие леса, тревожных листьев дрожь,
Случайные цветы на скошенном покосе,
И в мокрое стекло стучащий мелкий дождь...

Когда ты холодна, я представляю зиму.
Уснувшие дома, узор морозных рам,
Укутанных полей простор необозримый,
На стеклах бледный луч сквозь иней по утрам...

Когда ты озорна, я представляю вёсны.
Безудержный разлив клокочущей воды,
Звенящую капель, проталины у сосен,
В вечерней тишине дрожащий блеск звезды...

Душа всегда полна пленительного света,
Когда во тьме ночи мои тревожат сны
Холодная зима, восторженное лето,
Осенняя печаль и молодость весны...





(с) Вадим Цокуренко

рассыпается тишина
на осколки
нелепых слов -
меня сносит к тебе
волна,
древней песни
по телу
зов…
невесомость,
полёт…
поёт
океан
и штормит… волна
накрывает…
(молчи)…
полёт обрывают сейчас
слова…
крылья бабочек,
лепестки,
ветер,
птицы и паруса,
и родник
у моих ключиц
и взрываются
не-бе-са,
раскрываются
все замки,
нет границ,
возведенных стен…
меня сносит
к тебе
волна
древней
песнею
моих вен…





(с) Оксана Светлакова

Каждая женщина - чей-то рассвет,
Чья-то невыпитая чашка кофе,
Чей-то забытый за давностью лет
Путь в город стуж, где так сладко зимою.












© Имириэль

"Так сколько ж ей?.."
"И в самом деле
сколько?.."
А женщина махнет рукою
и
промолвит нараспев -
светло и горько:
-Зачем считать напрасно?
Все -
мои... -
А после выпьет
за друзей пришедших.
И будет излучать
высокий свет...
Есть только дни рождения
у женщин.
Годов рождения
у женщин
нет!





(с) Роберт Рождественский

Вот ведь, как оно получается...
Обознатушки-перепрятушки.
Значит, всё оно продолжается,
Продолжается – ну и ладушки.
Где шампанское – там и фантики,
Стынут розы на подоконнике.
Удивительная романтика –
В понимании пани Моники.
Я ж сломалась об этот слалом,
Закрутили крутые горки.
Казанову играют дамы,
А меня – аж тошнит на галёрке.
С головой разобраться, что ли?
Не могу я её донашивать...
Я один раз спросила – доколе?
А второй раз не буду спрашивать –
Разве только что – там, на исходе,
Тихим шёпотом – вот о чём ещё:
Это всё так само происходит,
Или якобы с Божьей помощью?





(с) Екатерина Горбовская

Он всегда приходил
с коньяком и шикарным букетом
(для чего покупал
дорогой и никчёмный коньяк? –
всё равно за рулём).
Уходил перед самым рассветом,
оставляя в постели и в мыслях её
кавардак.

Ей хотелось понять траекторию сложной орбиты.
Ей хотелось понять,
что же значит она для него,
что же тянет его –
к ней, не юной и жизнью побитой,
разучившейся ждать, не умевшей просить ничего.

Он, конечно, женат,
и жена молода и прелестна
(эта тема – табу, он тактичен и очень умён).
Иронический взгляд,
виноватость поспешного жеста –
он, придя,
отключал навороченный свой телефон.
Только ей до жены –
фиолетово и параллельно
и уж вовсе плевать,
что он врёт, возвращаясь домой.
Он опять уходил по орбите своей сопредельной,
а она закрывала привычно себя на замок.

Ей хотелось понять,
для чего он всё время приходит.
Ей хотелось унять в утомлённых мозгах кавардак.
Искривленье орбит нарушало законы природы…
но гармонию мира
спасал эксклюзивный коньяк.


© Светлана Львова Запон

Все равно что за снегом идти
В Африку,
А за новою книжкой стихов –
в мебельный
и уныло просить
со слезой в голосе
адрес Господа Бога
в бюро справочном,
все равно, что ругать океан
с берега
за его невниманье
к твоей личности,
все равно, что подснежник искать
осенью
и, вздыхая, поминки справлять
загодя,
все равно, что костер разводить
в комнате,
а гнедого коня
в гараже требовать,
и упорно пытаться обнять
облако,
и картошку варить
в ледяной проруби,
все равно, что на суше
учить плаванью,
а увесистый камень
считать яблоком,
все равно, что от курицы
ждать лебедя –
так однажды
решить,
будто ты
полностью
разбираешься
в женском
характере!




(с) Роберт Рождественский

Она сидит, поникнув головой,
В глазах ее неведомая тайна.
Ее успех обходит стороной,
И потому она всегда печальна…

Она давно не верит и не ждет
Любви, чудес, даров, еще чего-то,
Как будто жизнь узнала наперед,
И лишь во сне порой зовет кого-то…

А утром вновь спокойна и строга,
И грусть ее легка, неуловима…
Она умна, находчива, горда,
Да только жизнь ее проходит мимо…

Мелькают дни, лишенные тревог,
И радости, и разочарований,
И, чувства все отправив за порог,
Она живет в плену воспоминаний.

А ночью вновь заплачет не таясь,
Судьбу клянет и жалости достойна,
Но утра свет с души смывает грязь,
И днем она по-прежнему спокойна…




(с) Казачок Марина

давай-ка начистоту, теперь не осталось секретов
этим летом вранья и минетов
я почему-то помню нашу мечту, но сейчас совсем не об этом
позволь мне закрыть наконец тобой приоткрытые двери
никто из нас давно не хорош и уж точно не верен
в шесть часов утра неожиданно просыпается вдохновение
ты давно /у кого-то/спишь, а я все никак не могу
мы хотели остаться друг другу последними, а вышло лишь первыми
ты хочешь ходить налево и даже не так важно, с кем, я хочу от тебя семью
оказалось, что всем нашим песням и сценам
тоже может прийти the end, а я все никак не верила
теперь вот ломаю голову, почему
разрушены прошлые идеалы ценности и основы
ответь на все вопросы хотя бы теперь, что были для нас дилеммами
чтобы больше никто не посмел назвать то, что было с тобой, потерей
закрывай глаза, уходи как можно ровнее и, желательно, насовсем

уходи поскорее, так мы быстрее встретимся снова


(с) Морская Аня

есть особая женская боль, понятная и простая:
длинный или короткий перечень под грифом «не суждено»,
список жизненно важных мужчин, которым никем не стала,
ни подругой, ни любовницей, ни женой;
как лежала пластом под их гранитными пьедесталами,
как училась произносить звенящее "мне всё равно";


не стереть, не забыть, сколь ни закусывай удила,
список мужчин, которым не родила.


дочь приходит под утро; ну, и с кем ты была?
фразы очередями, брань – разрывными гранатами,
а после – пусто, лишь тишина и мгла;
мать говорит устало: "никогда не могла с женатыми"
и улыбается грустно, потому что однажды действительно
не смогла.




(с) Ксения Желудова

Стареет женщина не с возрастом отнюдь,и не с потерей жажды нарядиться,
Не в тот момент, когда не затянуть корсет так туго, как когда-то в тридцать,

Стареет женщина не с первой сединой,не с первой болью там, где не болело,
Не с вынужденной до колен длиной неброских юбок. Нет, не в этом дело.

Стареет женщина не с россыпью морщин,не с дряблостью, её присущей коже,
Стареет женщина,
Когда из всех мужчин-один лишь Он ей больше не положен...




(с) Александра Герасимова

Лебедь белая, женщина странная,
Одинокая, хоть и замужняя,
Из холодного утра туманного
Появилась и сделалась суженой.

Лебедь белая, что ты наделала,
Завладела заветными мыслями,
Ворвалась, утончённая, смелая,
Закружила осенними листьями.

Лебедь белая, в дымчатом облаке
Появляешься в снах, как аллюзия,
Раскидавшись на простыни скомканной,
Сладко спишь, как мадонна в иллюзиях.

Лебедь белая, нежная женщина,
Теребишь нервно хрупкими пальцами
Серый листик бумаги расчерченный
Кругом прошлого, сжатого пяльцами.

Лебедь белая, женщина милая,
Под густыми твоими ресницами,
Капли грусти укрылись постылые -
Бросить всё бы, взлететь вместе с птицами.

Лебедь белая, гордая женщина,
У окна молчаливо грустящая,
Разбежались глубокие трещины
По судьбе твоего настоящего...




(с) Натали Гаванская

Я- Женщина, с которой тяжело,
Но без которой во сто крат сложнее...
Таящая в себе добро и зло
В роду которой кошки, львы и змеи...
Я - женщина, умеющая ждать
И ненавидящая люто ожиданье...
Дающая тебе мужскую стать...
Награда Я!!!
И Я же - наказанье...
Я - Женщина.
Похожих в мире нет
Я- женщина, с которой лестно рядом...
Я - Женщина,
Хранящая секрет,
Как покорять мужчину
С полувзгляда...
Умеющая строить и ломать,
Смеяться искренне,
И лживо слезы прятать...
Которую порою не понять,
Но постигать которую приятно...


(с) Марина Шепелева

Старею. Не девочка уж. Под глазами морщины.
Стал голос спокойней и тверже командные нотки.
Ты знаешь, смешно, но мне нравиться стали мужчины,
и узкие платья, и черные, в сетку, колготки.

Стал голос спокойней… Нет, он все, конечно, такой же —
красивый, грудной, сексуальный, волнующий, певчий,
но, видишь ли, нотки командные все-таки тверже,
и значит, чему-то во мне не становится легче.

Старею, ты знаешь… Нет, как это все-таки странно —
так странно! — за сорок вдруг взяло и перевалило!
Да, да, понимаю, еще хороша и желанна…
Нет, нет, я не спорю, за сорок — еще не могила,

но все же, но все же… Но в том-то вся правда и ужас,
но в том-то и суть, что я меньшему стала – не рада.
Сойти и за тридцать, подкрасившись и поднатужась, —
оно-то, конечно… И, в общем, при случае надо…

Старею. Не веришь? Взгляни. Это даже не глупость —
не скрыть, не пресечь, не списать на пустяк и ошибку.
И дело не в этом, что тело теряет упругость,
и вовсе не в том, что лицо потеряло улыбку,

а просто… ну, как бы ясней?.. Всё как есть принимаю,
и, знаешь, плевать, и не больно, не страшно, не стыдно.
Старею. (Старею!..) Все вижу и все понимаю.
Обидно? Да вряд ли. (Вот видишь, уже не обидно.)

Вот видишь. Вот видишь… А ты говоришь – быть поэтом!
Быть равной средь первых! - какая поэзия, к черту?!
Поэзия — это невинность. Не стоит об этом.
Поэзия — это наивность. Не будем о мертвом.

(с) Наталья Воронцова-Юрьева

Из зеркала смотрит вчерашняя женщина.
Ей трижды влюбиться гадалкой обещано.

Два раза теряла мозги и терпение.
То было вчера, а сегодня - знамение.

С утра в сковородке запели пельмени,
Им кот подпевал, позабывший о лени.

В припеве все "до" (он до "си" не дорос)
Басил без розетки солист-пылесос.

Три зайца от солнца привет принесли,
На танец мадам пригласили: "Мерси!!!"

Из ванной впорхнули чечетка и пар,
Чечетку прислал незакрученный кран.

Пар требовал вальса и туфель на шпильках.
Казалась акулой томатная килька,

Плясала на скатерти. Словно художник,
Писала хвостом. Мельхиоровый ножик

Со знанием дела кромсал натюрморт,
Ворчал, что не точат. Когда же придет

Обещанный, третий? Хотелось бы - лорд,
Ведь наша принцесса давно лорда ждет.

Принцесса, разгладив морщинки ладошкой,
Пристроила в уши из смеха сережки.

Достала помаду из ласковых слов,
Духи-дефицит "Всем красивым назло",

Накинула шутку, как шаль, на плечо.
Ругнулась на прошлое, мол, черт те что...

Из зеркала смотрит ожившая женщина:
Ей, верящей в чудо, счастье обещано.





(с) Медведева Елена

женщина под утро. понедельник. маска и пытливые глаза.
зазеркалье. запах. можжевельник. вата и нескромная слеза.
кофе. зажигалка. сигарета. чайник. крошки. белый сахарин.
стол накрыт и ржавая "Беретта". рядом валидол. валокардин.
день. работа. пуговицы. юбка. стол. начальник. поза. как всегда.
позже чай. раскуренная трубка. трёп по фене. снова ерунда.
вечер. бар. текила. соль. гарсоны. музыка. наушники. мигрень.
пуговицы. юбка и жетоны. танец. танго. кресло. светотень.
ночь. коньяк. пустырник. сигарета. снова страх. застелена кровать.
зажигалка, кофе и "Беретта"... мантра на ночь: спать, родная, спать.



© Copyright: Алина Панина

Не вписаться в чужую жизнь...
Лишь – звездою – обжечь случайно,
И, промолвив себе: «Держись!»
В сердце спрятать любовь и тайну...

Что же делать, коль эта жизнь –
Та, чужая – уже близка мне?..
Где вы, преданные пажи?..
Соберёт Королева камни –

Видно, время собрать пришло
Их, заброшенных из «когда-то»...
Королеве не повезло...
Королева не виновата,

Что любовью согретый миг
Осветил её ярким солнцем,
А у ног её - тот родник,
Где живая вода смеётся...

Королеве испить бы ковш,
Белой горлицей стать на час бы...
Да не найден тот медный грош,
Коим платят за призрак счастья...

Где вы, преданные пажи –
Боль и Радость?
Не покидайте
Королеву, что хочет жить
Только в пламени...
Вы отдайте

Из душевной её казны
Все былые её удачи
За минуту,
В которой сны
Светлым взмахом решат задачу –

В ней волшебный Небесный Конь
Две Вселенных легко сближает...
Королева шагнёт в огонь
Не задумываясь...
ЧУЖАЯ...



лютэль эдер

Есть женщины, похожие на пламя,
На чуть заметный язычок свечи.
Они по свету ходят рядом с нами,
Случайным словом их не огорчи.

Прелестные, не отыскать прелестней,
Беспечны и внезапны, как стрижи,
И нежность их, и верность их — как песня,
Где все слова прозрачны и свежи.

В них что-то есть от скорого прощанья.
Как светлый дождь, сквозят они во мгле,
В себе невозмутимо воплощая
Все лучшее, что было на земле.

Изменчивы как небо, как погода,
И душу мне догадка обожгла:
Что в них украдкой смотрится природа,
Как в созданные ею зеркала.

Во многом проницательнее бога,
Доверчивей деревьев и детей…
Такие вот с ума сводили Блока
И уводили пленником в метель.

Я видел их не часто, этих женщин,
Далеких, как в магическом стекле.
Их, может быть, становится все меньше
На нашей слишком занятой земле.

Они мерцают капельками света,
Так непредусмотрительно хрупки…
И я боюсь, что сильный ветер века
Вот-вот погасит эти огоньки.

Игорь Киселев

Женщины чувствуют как-то иначе.
И откровенней, и глубже, и злее.
Женщин отнюдь не пугают задачи,
Только одна: кто на свете милее?
Женщины чувствуют строже, серьёзней.
Больше отдать, если надо, готовы.
Мыслят стихами, мелодией, прозой,
Да и прощать могут снова и снова.
Женщины чувствуют внутренним миром,
Что им раздумья, предчувствия, страсти?
В женщинах – чувства страшнейшая сила,
В них магнетизм для надежды и счастья.
Женщины чувствуют все по-другому.
Себя не жалея, неистово, дико,
Взглядом, молчаньем, коротеньким словом
Намного сильней, потрясая, чем криком.
Женщины чувствуют больно, тревожно
Горы свернуть могут силой сердечной.
Только с их чувствами будь осторожней,
Чтобы они не остыли... навечно...



nataeva

Забыта родными и брошена,
Бабушка Баба-Яга.
В избушке на курьих ножках,
Живёт совершенно одна.
В ступе над лесом летает
С вечера и до утра.
Днём путников ожидает,
Долго сидит у окна.
Обиды её окружили,
Взросли частоколом зла.
-Забыли меня, забыли,
Я никому не нужна.
Оставили внуки и внучки,
Детей увели дела.
От слёз, огорчений и грусти,
Как не сойти с ума.
Но бродит по белу свету
Иванушка – Дурачок.
Он в первых лучах рассвета,
К избушке добраться смог.
-А ну-ка, скорей избушка
Вертайся ко мне крыльцом.
Матушка здравствуй Ягушка,
Пришёл я к тебе с добром.
Ты ведаешь скрытые дали,
И вечность тебе родня.
С почтеньем меня прислали,
Скорей навестить тебя.
Да, помнят и любят радушно…
Иванушка врал без конца.
Но вновь молодой и нужной
Ягушка вдруг расцвела.
А сколько таких избушек,
Иванушки не найдут.
И много других старушек,
Сидят у окна и ждут.


SERGEI GALITSK

"Завтра ещё не сегодня. Завтра
Я закурю и до фильтра брошу.
Я заведу двух щенков, хороших,
И наконец дочитаю Сартра.

Завтра всё будет иначе, правда!
Стрелки часов разойдутся мудро,
В разные стороны брызнет утро
Каплями счастья, и их не надо

Прятать в кавычки, в усмешки, в шутку,
Путать метафорой и алогизмом.
Завтра достанусь кому-то призом,
Пусть и другим будет радость жуткой.

Камнем на грудь никому не лягу,
Но на песок, белоснежно-пресный,
Где-нибудь на островах окрестных,
Лягу как есть, как вода из фляги, -

Без запятых, без цветных деталей,
Только в единственном будущем завтра.
Я не прощаюсь"... И подпись: автор.
Почерк не женский, почти истаял.

(c)

Я – бестия. Я девочка-не-пай.
Я – стерва… /и простите мой французский/
И всех, кто мне дорогу строит в рай,
Могу отправить. Точно и по-русски.

Молчание – единственная вещь
Из золота не признанная мною.
Я – хулиганка! (только этот крест
Могу носить и быть горда собою)

Истерики – не средство для побед,
А слезы – только часть моей диеты.
Любой закат приятней, чем рассвет,
И сейф надежней шкафа – для скелетов.

Бываю беззащитна - как назло -
Минут пятнадцать после маникюра.
Я обожаю белое белье
И презираю правила гламура.

Но в исключенья весело играть,
Когда на это веские причины:
Могу котенком за мгновенье стать
В объятиях любимого мужчины…



Велма

Что-то зелье горчит приворотное,
Черный кот исподлобья глядит.
И погодушка нынче нелетная -
Для таких вот, как я Маргарит...

Не гадается и не колдуется,
Вся моя ворожба невпопад.
Русским духом не пахнет на улице -
Добры молодцы дома сидят...

Мне всего ничего - триста лет в обед,
Гляну в зеркало: "Ох, хороша!"
Говорят, что у ведьм и души-то нет,
Но чего-то ведь просит душа...

Толь царевнам, ( в наряде старушечьем ),
Красных яблок пойти раздавать,
Толь надеть снова кожу лягушечью:
Да стрелу на болоте-то хвать!

Толи грянуться в землю сырую-мать,
Толь самой себя сжечь на огне,
Толь гусей-лебедей за тобою послать:
Пусть немедля доставят ко мне!



Татяна Кормилицына

Хорошая девочка спит в кружевной постельке
И пьет перед сном пустырник – снимает стресс.
Хорошая девочка не надерется в стельку
По поводу безответного смс.
Хорошая девочка не зажигает в клубе.
Летает в Анталию с мамой или сестрой.
Плохая - берет кредит и тусит на Кубе,
Ведь Турция – так банально, почти отстой.
Хорошая и не слышала о Ноггано,
Плохая им глушит соседей в дорожной пробке.
Хорошая балует бабушку пирогами,
Плохая готовит пельмени из упаковки.
Хорошая никогда не нарушит принцип
О сексе до свадьбы и синих тенях для глаз.
Хорошим девчонкам всегда достаются принцы.
Которые по ночам вспоминают нас


(с)

Я - женщина, причина войн и драк,
Дуэлей, да и просто мордобоя,
Я торговала - иногда - собою
И отдавалась - часто - просто так;

В одном лице мадонна или бл**ь,
Комок эмоций, темное начало,
Я яблоком Адама угощала -
Хоть он бы мог, конечно, и не брать;

Сгорала на костре и от любви,
Чтоб поутру из пепла возродиться,
И пряча тушью слезы на ресницах,
В который раз сказать себе - живи.

Я - женщина, и в жизни, и в стихах.
Бросайте камень, кто тут без греха.


Гаврилович Светлана

Не смеется, не хохочется.
Опостылели салатики.
До чего же сказки хочется
Взрослой девочке в халатике!
Бигуди с утра накручены,
Платье брошено на плечики.
Все не так и все наскучило.
Семь часов, и делать нечего.
А за окнами – метелица.
Все деревья – в легком инее…
И до боли в чудо верится
И в судьбы шальные линии.
Ведь тебе под 40, дурочка!
С паспортом бы, что ли, сверилась!
…Столько лет была Снегурочкой,
Что самой в себя поверилось.


Елена Миронова-Бутина

Вроде стариться как будто рановато,
Только зеркало кривится недовольно.
Знаешь, пленницами теплого халата
Мы становимся обычно добровольно.

Что-то крыльев я не чую за плечами,
Мелким бесом перестали кудри виться,
И уже на подоконнике ночами
Почитай, десяток лет, как не сидится.

Надоело быть кислее щей вчерашних,
Предсказуемой, как к празднику – гвоздики.
Надоело быть хозяйкою домашней,
Захотелось стать загадочной и дикой.

Захотелось белым днем увидеть звезды
И побегать босиком по синим лужам.
Кто сказал, что в 35 влюбляться поздно,
А тем паче – если в собственного мужа?!

Мы с тобой еще не раз покуролесим,
Наплевав на то, что кто-то нас осудит.
Будет много и подснежников, и песен.
Вот увидишь, мой хороший, так и будет!



Елена Миронова-Бутина

Мой каждый шаг - находки и потери:
то лезу вверх, то вниз слетаю с круч.
А за спиной захлопывают двери
и в темноту выбрасывают ключ.

На каждый вдох, улыбку, каплю, строчку,
на час покоя, годы мятежа
мне просто жизнь оформила рассрочку,
в которой нет отмены платежа...



Марина Хлебникова (Демина)

Сергей, я обожаю ваши стихи, Вы это уже знаете. Душа, любовь, тоска, детство... - всё наше. Но почему -то все вы, мужчины, тоскуете о длинноногих, сексуальных блондинках. А мы ведь тоже ещё живы - толстые, старые, одинокие. Нельзя ли после отпуска пару слов для нас? Я уверена, что не одинока в моём желании. Успехов Вам всегда и во всём!
Вера



Здравствуй, женщина разная,
По надеждам и взглядам,
По размеру груди,
И по цвету волос,
Я тебя обожаю,
Когда ты со мной рядом,
Даже если ты дочь,
Черно – белых полос!
Здравствуй, женщина разная,
По судьбе и по талии,
По любви и по возрасту,
По длине стройных ног,
Я тебя обожаю,
От Москвы до Италии,
Даже если ты мать,
Моих бед и тревог!
Здравствуй, женщина разная…


Сергей Ирза

Ах, какие бывают женщины!
Глаз "положишь" - душа ласкается,
И не важно, свободна - венчана,
Жажда творчества пробуждается!

Спрос не смотрит на предложение,
И в мечтах возникают образы,
И уже не она - видение,
И ты гладишь ее волосы!

Взгляд ее повергает в трепет,
Она жаждет тебе признаться,
Ты не слышишь свой детский лепет,
И готов сей же час отдаться!


Ах, какие бывают женщины!
Глаз "положишь" - душа ласкается,
И не важно, свободна - венчана,
Жажда творчества пробуждается!


Сергей Ирза